Справедливости ради и не умаляя заслуг великого исследователя небес У. Гершеля, нужно отдать должное и российскому ученому Андрею Ивановичу (Андерсу-Жану) Лекселю (1740—1784). Этот родившийся в Финляндии швед жил и работал в Петербурге, был членом здешней Академии наук и за свою короткую жизнь внес немалый вклад в астрономию.
Когда Гершель совершенно неожиданно для себя увидел в районе созвездия Близнецов какой-то маленький диск, он сперва решил, что это новая комета. Но края диска были четкими, а не размытыми, как это бывает у комет. Более того, тело двигалось очень медленно, значит, было далеко за орбитой Сатурна, а на таком расстоянии от Солнца комет еще никто тогда не замечал. Да и орбита оказалась почти круглой, а не эллиптической, как пристало бы комете…
Гершель не знал, что и предположить. Тогда слово взял Лексель и во всеуслышание заявил: «перед нами новая планета! Она лежит много дальше от Солнца, чем Сатурн…» Потрясенный мир не сразу привык к тому, что есть планеты и за пределами видимости для самого острого глаза.
…Прошло шесть лет с той ночи, как Гершель обнаружил тело, зачисленное Лекселем в число планет и получившее затем имя Урана. Все это время первооткрыватель не отводил от него взора, вооруженного лучшим по тогдашним меркам телескопом. Естественно, что именно он 11 января 1787 г. установил, что Уран имеет два спутника. Впоследствии тот из них, что лежит дальше от планеты, получил наименование Оберон, а более близкий стал именоваться Титанией. Традиция черпать имена из античной мифологии здесь, казалось, нарушена: так зовут короля и королеву фей из светлой шекспировской сказки «Сон в летнюю ночь».
Однако Шекспир эти имена тоже не сам выдумал. Еще у Овидия упоминается, что Диану, чтимую латинянами как богиню Луны, звали также еще и Титанией. А Оберон — это французский вариант имени Альбериха — злого владыки гномов в средневековых германских и скандинавских легендах. (Его мы встречаем, в частности, в вагнеровских операх.)
Таким образом мир мифов и сказок был снова почтен и традиции не слишком пострадали. Имена новооткрытым телам дал Лассел, тот самый, что на два дня опоздал с открытием спутника Сатурна Ги-периона. Однако в мире Урана его ждал другой, куда более славный и неожиданный реванш. Построив вблизи Ливерпуля собственную обсерваторию, он стал обозревать небеса при помощи отличного телескопа диаметром 61 см. 24 октября 1851 г. еще ближе к Урану, чем Титания и Оберон, Лассел заметил два неизвестных спутника, которым тут же дал названия: Ариэль и Умбриэль. Первое из имен заимствовано из шекспировской «Бури» (так там зовут духа воздуха), а второе — у английского поэта XVIII в. А. Попа, описавшего в своей поэме «Похищенный локон» мрачного и горестного воздыхателя, носящего такое имя. Впрочем, Поп произвел имя Умбриэля от латинского слова «umbra», означающего «тень», что звучит довольно уместно в применении к спутнику далекой от Солнца планеты.
Наконец, уже в наши времена — 15 февраля 1948 г, Койпер, наблюдая в 82-дюймовый (205 см) телескоп обсерватории Мак Дональд, открыл Миранду — пятый спутник Урана, лежащий ближе всех к этой планете. Мирандой зовут героиню шекспировской же «Бури», так что в дальних краях Солнечной системы теперь существует «шекспировский уголок».
Что бросается в глаза, так это необычная компактность и упорядоченность урановой системы по сравнению с системами соседей — Сатурна и Юпитера. Даже самый далекий — Оберон, и тот движется по орбите, отстоящей всего на 22,6 радиуса от планеты. В семье Сатурна примерно на таком расстоянии движется Диона, но ведь за ней еще лежат орбиты не менее пяти или шести спутников, в том числе Титана. Ближайшая же к Урану Миранда вообще не отходит от центра планеты дальше, чем на 130 000 км. Ни один из спутников Урана не позволяет себе покинуть плоскость его экватора. Может быть, Уран и обладает, подобно Юпитеру и Сатурну, далекими от него спутниками, но при нынешней наземной технике наблюдений их заметить пока еще никому не удалось.
Метки: планета уран, титания, телескоп, гершель, открытие урана, Уран, лассел, лексель, оберон